Феликс Кривин

Чудесный писатель, с очень необычными и очень мудрыми произведениями. Он числился детским писателем, и, наверное, только поэтому его рассказы и стихи проходили через сито советской цензуры.



ИЗВОЗЧИКИ ГОРОДА ГЛАЗГО

Извозчики города Глазго съезжались на свой очередной сбор, официально называемый слетом работников транспорта.

Стояла зябкая, слякотная погода. В такую погоду хорошо иметь за спиной веселого седока, потому что ничто так не согревает, как разговор,- это отлично знают извозчики.

Но веселые седоки брели в этот день пешком, возложив на транспорт только свои надежды. На городской транспорт возлагались сегодня очень большие надежды, и, возможно, поэтому он подвигался так тяжело.

Слет проходил на центральной торговой площади. Первые ряды занимали многоконные дилижансы, за ними шли двуконные кареты, одноконные пролетки, а в самом конце толпилась безлошадная публика.

Среди этой публики находился и Джемс Уатт.

Разговор шел на уровне дилижансов. Там, наверху, говорилось о том, что лошади - наше будущее, что если мы хотим быстрее прийти к нашему будущему, то, конечно, лучше к нему приехать на лошадях.

Одноконные пролетки подавали унылые реплики. Дескать, не в коня корм. Дескать, конь о четырех ногах - и то спотыкается.

Но эти реплики не достигали высокого уровня дилижансов.

- Дайте мне сказать! - крикнул безлошадный Уатт.- У меня есть идея!

- Где ваша лошадь, сэр?- спросили с передних козел.

- У меня нет лошади... У меня идея...

На него прищурились десятки насмешливых глаз. Десятки ртов скривились в брезгливой гримасе:

- Нам не нужны идеи, сэр. Нам нужны лошади.

Потому что, продолжали они, лошади - наше будущее, и если мы хотим быстрее прийти к нашему будущему, то, конечно, лучше к нему приехать на лошадях.

Собрание проходило успешно. Отмечалось, что за истекший год городской транспорт увеличился на несколько лошадиных сил, а за текущий год он увеличится еще на несколько лошадиных сил, а за будущий год - еще на несколько.

Потому что лошади - наше будущее, и если мы хотим быстрее прийти к нашему будущему, то, конечно, лучше к нему приехать на лошадях.

- Дайте мне сказать!

Стояла зябкая, слякотная погода. Моросил дождь, и Уатт прятал под плащом модель своего паровоза. Он прятал ее не от дождя, а от этих десятков глаз, которым ни к чему паровоз, когда идет такой серьезный разговор о транспорте.

Настоящий, большой разговор о транспорте.

О будущем нашего транспорта.

Об огромных его перспективах.


...Разъезжались на лошадях.





Редактировано: 27 июня 2008

Комментарии:
С удовольствием читаю уже лет 40! Пожалуй, даже более того...
ГЕРОСТРАТ
А Герострат не верил в чудеса. Он их считал опасною причудой.
Великий храм сгорел за полчаса, и от него осталась пепла груда.

Храм Артемиды. Небывалый храм по совершенству линий
соразмерных. Его воздвигли смертные богам -
и этим чудом превзошли бессмертных.

Но Герострат не верил в чудеса, он знал всему действительную
цену. Он верил в то, что мог бы сделать
сам. А что он мог? Поджечь вот эти стены.

Не славолюбец и не фантазер, а самый трезвый человек на
свете - вот он стоит. И смотрит на костер, который в мире
никому не светит.
 

Подтвердите удаление записи